Книга “Черновик”
Мастеру, Ольге Петровне Рапай,
скульптору-керамисту посвящается:
…Ваши кувшины. Сосуды.
Необыкновенны. Никогда не
думала, что глина может
оживать.
Аня, ученица 9 класса.
Из черепов и черепков,
вновь ставших глиной,
сквозь толщу лет
сосуд рождался
из одиночеств
вёсен, зим и лет…
И лился свет
из светлых дней
и дней печали
в комочек глины —
на вечный суд…
В огне страстей,
в изломе линий
живёт сосуд,
горит сосуд…
Сосуд,
Кувшин
неутолённой страсти,
ночных видений
продолженье власти,
ненастье старости
и молодости счастье
в сосуде том.
В нём мамы лик
и отчий дом,
где смерти нет
и льётся свет
давно ушедших лиц,
где нет страниц
без песен и молитв,
в кувшине том.
Минувших лет
витки;
из глины, из земли,
из черепа Шекспира,
войны,
чумного пира
витки,
(твоей вины —
моей вины
витки)
в сосуде том.
… Сосуд, Кувшин,
мелодия веков,
застывший в глине зов,
глухая жатва,
вне времени и вне оков
рукопожатие
художника.
1988-1998
Собираете что?!
Фарфор?..
Стекло?..
Фаянс?!..
— Собираю аванс!
Каждого двадцать восьмого.
Вы улыбаетесь? Не вижу смешного.
Что собираете вы?
Картины. Ковры. Цветы?
Я собираю слова…
— Оввва!
Странно весьма, увы.
Петербурский российский романс.
Ренессанс…
Ветер,
Вечер.
Невский Проспект —
выстрел в вечность…
Свечи…
Разлуки и встречи
Смерти кураж…
Экипаж. Вернисаж. Эрмитаж.
1989Натали,
тебе пою
осанну
Атлантики,
где Солнце,
словно крик “Ура!
”
ныряет
в нежность океана;
здесь,
у небесного экрана,
таится ночь
и льётся
песня любви —
тебе осанна
у Вечности на краю:
Напои, Натали. Напои,
(в аду иль раю)
…напои,
Натали…
Напои, Натали…
1998
Натали,
Я — путник. Ты — родник,
Я жаждою томим.
Всего глоток один
на жар моих седин.
О, дар судьбы — родник,
всего один глоток.
Сколь светел этот мир,
столь этот миг высок.
В созвездии дорог
утерян древний миф.
Всего один глоток —
для счастия двоих.
Сколь сладок жизни цвет,
столь горек её мёд.
Благодарю рассвет
за голубой глоток.
…Начало иль итог
над бездною виток?
Глоток! Глоток… Глоток,
глоток… глоток… глоток..
… исчислены все дни
во времени пути..
Напои, Натали, напои.
* * *
Натали,
приходи
в мои сны.
Приходи,
на исходе луны,
на изломе весны.
Приходи.
Посидим,
помолчим
about the fact
that I want you
у вечности
на краю,
и о верности
помолчим…
Натали, Натали,
накати
волной волос,
Натали.
Накати
волною грёз.
Накати
волной хмельной
слёз
восторга и любви,
льются ладони твои,
льются ладони твои…
Напои, Натали. Напои.
* * *
Натали,
потеряешься ты
в суете,
в серебре седины,
сером бреде,
объедках удачи.
Потеряешься ты
в сентябре,
ноябре, декабре.
В жизни
не бывает иначе,
не бывает…
…жизнь,
как жизнь,
убивает горячих
коней, ничьих,
зрячих.
Убывает.
Убывает без сдачи.
Иначе?!
Увы, не бывает
иначе…
А над всем —
в семь.
Всем! Шопен
и слова,
пустые слова.
Нем.
…Так лети,
лети, лети
на последний снег,
на талый
грех Натальин,
смех Натальин
алый…
… От зари до зари…
льются ладони твои,
льются ладони твои…
Напои, Натали, напои…
* * *
Натали,
снова,
снова я
в твоём городе.
И Нева,
и Нева
та же вроде бы…
Только нет тебя,
Натали.
Я ищу. Я ору
в Никуда,
в не Зови,
в не Люби.
В Никогда…
Натали… Натали,
Я молю у судьбы,
я молю у Невы,
Оглянись,
Отзовись,
Озовись.
Я молю облака,
уходящие в высь синевы —
глаз твоих синевы —
удержись, Натали
на вселенском пиру,
на вселенском юру,
на кругу удержись.
…Я молю любовницу-жизнь
удержись, Натали,
на краю.
Вечный путаник
лунных снов
и подлунных оков.
Вечный спутник
ирреальных миров,
молю,
у конца и начала пути —
напои, Натали. Напои.
* * *
Натали,
Листья сентября.
Листья сентября.
Не вини меня.
Не казни себя.
Осень за окном,
Осень за окном.
Мы с тобой вдвоём,
Мы с тобой поём:
Листья сентября,
Листья сентября.
Я люблю тебя,
Я люблю тебя.
… Осень, Натали…
Сердца не томи.
Летом напои.
Светом!.. Напои!..
Осень за окном.
Нам не быть вдвоём.
Не гореть огнём.
Не согреть теплом
листья сентября…
Листья сентября…
Листья сентября.
Это — ты и я.
Это — ты и я…
Листья сентября.
Листья сентября.
Эхо — ты и я.
Эхо — ты и я…
Листья сентября.
Листья сентября…
* * *
Натали,
Я не смею
тебе звонить,
не имею
на это права.
Но орава
шальных страстей
манит слева
и гонит справа.
Я не должен
тебе звонить —
нить не свить
в паутину. Забаву.
Разве белые беды
былых крепостей
убывают,
не сея отраву…
Лебедь белая
тайных страстей,
леди первая
на балу скоростей,
средь незваных
гостей
в крепе чёрном
больных новостей
летает.
…душа — вишня вешняя,
между Б-гом
и чертом витает…
Свет тает…
Лебедь белая.
Святая. Грешная. Вещая.
Умирает.
Светает.
… сны сбываются
бабьим летом…
Напои, Натали
лунным светом,
на рассвете
я песни пою…
Напои, Натали,
я молю…
1988-1989
…Меня покинули стихи.
Спит на столе остывший чай,
Меня покинули мечты.
И села у окна печаль.
Меня покинули друзья,
Храни их Г-споди. Храни!
Меня покинули враги.
И некому похоронить.
Всевышний, в чём моя вина?
Плывут по небу письмена
и вдаль уносят облака:
“Нас разбросали времена.”
Нас разбросали времена
по континентам.
И растерялись стремена
на свете этом…
Всё в прошлом.
Там, где отчий край.
Всё в прошлом.
Сам и отвечай!
За этот ад, за этот рай.
…Меня покинули стихи…
Спит на столе остывший чай..
1992
Пусть говорят, что дети поздние
подарок не весны, а осени.
Но среди зим и ранних вёсен
они, как гул зелёных сосен.
Садится солнце плавно за реку,
отдав тепло своё лесам.
А я беру сынишку за руку
и в детство убегаю сам.
Звенит апрель в осенней просини,
когда со мной сынишка мой
листвою шелестит по просеке
и ловит солнышко над головой.
Зачем заглядывать в колодец снов,
в кольце веков искать начала?
Моё дитя — в тебе мир вечно нов,
в тебе все радости и все печали.
Пусть говорят, что дети поздние
подарок не весны, а осени.
Но глаза два — два голубых оконца
глядят и лепят мир из солнца.
1972
Судьба меня не баловала славой,
Стекали дни весны водою талой.
Пришли седые радости, печали.
Пришла пора прощений и прощаний.
Ах, если бы начать всю жизнь сначала.
Быть может, и добрался до причала.
И, может быть, оборванные струны
Не мёрзли бы на площади Фортуны.
Умчались вёсны — стали дни годами.
Их не догнать залётными ветрами.
Пришли седые радости, печали.
Пришла пора Прощений и Прощаний.
1972
По росам… По звёздам,
стекающим в гроздья
лозы.
От жизни,
от жизненной прозы,
Ушёл…
От устроенности
стихов,
в эту музыку
снов,
в лунный шёлк
околдованных
слов,
зачарованный шёл
в лёте лет.
Их давно уже нет…
Лунный свет.
Лунный цвет —
это — осени след,
это — песни мои
на ладонях Земли.
1998
Я жду стихов —
ни день, ни два, — а годы.
Я жду стихов,
как штурман ждёт погоды,
как сеятель дождя,
как женщина дитя
Я жду стихов. Стихи родятся у меня.
Жди — жди!..— вдруг пронеслось
насмешливо и зло,
и… понесло, и повело
А я… я жду
и слушаю траву,
и за руку ведёт меня дорога…
Злой наговор меня не трогает.
Я жду…
Стихи
Родятся
у меня.
Я жду…
1969
И сказал Г-сподь Каину:
7. Ведь если клонишься к добру,
то терпеть тебе, если же не клонишься
к добру, то у двери грех
лежит, и к тебе влечение его.
Бытие III-IV
В азарте
бросил камень —
разбился день —
попал случайно.
…и улыбнулся Каин.
А завтра
уносит осень
мою тень —
за грех нечаянный.
…и снова улыбнулся Каин.
За мною водятся грехи,
за мною гонятся грехи,
от первого “прости”
к последнему “прости”.
1997