Судьба меня не баловала славой,
Стекали дни весны водою талой.
Пришли седые радости, печали.
Пришла пора прощений и прощаний.
Ах, если бы начать всю жизнь сначала.
Быть может, и добрался до причала.
И, может быть, оборванные струны
Не мёрзли бы на площади Фортуны.
Умчались вёсны — стали дни годами.
Их не догнать залётными ветрами.
Пришли седые радости, печали.
Пришла пора Прощений и Прощаний.
1972
По росам… По звёздам,
стекающим в гроздья
лозы.
От жизни,
от жизненной прозы,
Ушёл…
От устроенности
стихов,
в эту музыку
снов,
в лунный шёлк
околдованных
слов,
зачарованный шёл
в лёте лет.
Их давно уже нет…
Лунный свет.
Лунный цвет —
это — осени след,
это — песни мои
на ладонях Земли.
1998
Я жду стихов —
ни день, ни два, — а годы.
Я жду стихов,
как штурман ждёт погоды,
как сеятель дождя,
как женщина дитя
Я жду стихов. Стихи родятся у меня.
Жди — жди!..— вдруг пронеслось
насмешливо и зло,
и… понесло, и повело
А я… я жду
и слушаю траву,
и за руку ведёт меня дорога…
Злой наговор меня не трогает.
Я жду…
Стихи
Родятся
у меня.
Я жду…
1969
И сказал Г-сподь Каину:
7. Ведь если клонишься к добру,
то терпеть тебе, если же не клонишься
к добру, то у двери грех
лежит, и к тебе влечение его.
Бытие III-IV
В азарте
бросил камень —
разбился день —
попал случайно.
…и улыбнулся Каин.
А завтра
уносит осень
мою тень —
за грех нечаянный.
…и снова улыбнулся Каин.
За мною водятся грехи,
за мною гонятся грехи,
от первого “прости”
к последнему “прости”.
1997
…Распяты улицы на перекёстках,
и шар земной распят на звёздах,
и человек на совести своей распят,
кресты антенн вопят: — не виноват.
Не вино — ват.
Ложь не спасёт и не поможет плач,
ты — сам себе судья и сам палач.
Ты — сам.
— Не виноват! Тысячелетья спят,
как будто дети.
Я не желаю быть за всё в ответе.
О, Небо, Небо.
Зря Небо не зови.
— Не виноват…
Всё Небо за июньские дожди
распяли сентябри и журавли.
— Не винова…
О, Человек, покуда я жива.
Храни и береги меня,
храня.
1970
Надеешься, что взятки гладки,
век без оглядки, в суете.
Всё.
Чтоб не выйти из десятки:
слова — не те, дела — не те…
И год за годом
ловчишь пред Б-гом,
и лишь душа уходит в пятки,
когда ты с Ним играешь в прятки.
1993
На кладбище приходят сыновья,
задумавшись, глядя в себя
стоят.
Как будто в детстве,
виновато голову склоня,
пред матерью стоят…
Прощенья просят, плачут, говорят.
Воспоминаний кружит снегопад,
и столбики кладбищенских оград
соединяют бесконечный ряд…
— Не виноват.
Сложилось так… Не приезжал, работа.
Да, не писал.
Да, не о чём писать. Семья, Дела, Заботы.
Не виноват, пойми, не виноват…
Вдруг вздрогнул.
Мёртвые не могут понимать —
Мужские слёзы прорывают гать —
не могут понимать.
Не могут понимать…
Неистово себя за прошлое казня,
на кладбище приходят сыновья.
— Прости, прости, я виноват —
искусанные губы говорят…
И только матери молчат.
Подруга — осень
листья в окна
носит.
Мать писем ждёт
и просит, просит
паука
на скатерть белую
спуститься…
Должно, к письму
наведалась синица…
Ночами длинными
всё чаще старший
снится…
Всё к одному:
Письма, письма — а…
А поутру —
ты так ждала —
осенний лист
по-прежнему стучится.
Крепится мать,
хоть ноет поясница.
На почту собралась,
чтоб выяснять.
Дверь отворила
и с сожаленьем
руки развела:
перильце отвалилось
от крыльца…
Не забывайте,
приезжайте сыновья…
Не забывайте.
Не за-бы-вай-те!..
Года идут,
идут года.
На кладбище
приходят
сыновья…
1968
О, крики совести
утерянных дорог
от васильков до
космоколоколен,
простите нас, кто
волен иль не волен,
прости клён отчий
и родной порог…
Оставив суету
в излучине тревог,
Надежды
в ожидания упрятав,
рванулись мы,
но тысяча пиратов
нас не пустили в детство
на порог.
…Пусть лепит
нашу жизнь
слепой нелепый
дождь,
клепает
меты бед и лет
в седины.
Ещё не спета
песня лебединая,
Веди нас в отчий дом
сыновий долг.
1978
Ненастье…
Разбилась зависть.
И сразу наступило
счастье.
И солнце засветило
ярко,
Но тучи затянули
небо,
как будто
ничего
и не было.
… осколки зависти
остались,
и радости
не состоялись.
1993
Я остаюсь среди людей,
детей и внуков.
Я остаюсь в сердцах друзей,
в словах и звуках.
Я остаюсь среди дорог,
где жили — были,
былых надежд, былых тревог,
частицей пыли.
Я остаюсь среди полей
в подлунном мареве.
Среди лесов, среди садов,
в осеннем зареве.
Я прихожу к тебе весной
в белой кипени.
Я над твоею сединой —
сиренью белой…
Я над тобой, я над Землёй
в закате дня.
Вот тень крыла,
за все — сбылось
и не сбылось,
прости меня, прости себя.
Я остаюсь в твоей любви,
где сны твои — там сны мои..
Я остаюсь.
Я остаюсь.
Я остаюсь.
1988