portret of grandfather Avraam

…Беда стучится, и прозренья
нас озаряют в горький час.
И умирают подозренья,
и наполняешься презреньем
к тому, чем дорожил подчас.
…Несётся катафалк дороги,
и лип застыл почётный караул;
перекрывая двигателей гул,
твоё последнее прости
стучит в мои виски.
…И брови мостовых печальны и строги,
и тротуары льются траурными лентами,
года считают прожитыми летами,
цветы свежи и грезят летом,
устами мёртвых тянутся к живым,
и завещанием твоим:
живые цветы — живым.